Журнал Пробудження

В последние годы работа в хозрасчетной поликлинике освободила много времени и позволила мне использовать скульптуру в качестве самостоятельного метода лечения. Больные предварительно проходили обследование у невропатолога, патопсихолога, психиатра, в клинической лаборатории. Результаты обсуждались с больным и его родственниками, разъяснялась им техника лечения и, если заинтересованная сторона продолжала настаивать на лечении портретом, назначалось время первого сеанса. На сеансах непременно присутствовал клинический психолог, который помимо обследования вел протокол, а также фотограф. Так скульптурное, портретирование из средства общения и снятия резистентности к препаратам…

Читать далее Читать далее

В сравнении с психоаналитической техникой портретирование не нуждается в концептуальной интерпретации, расшифровке отдельных высказываний, сновидений, поступков больного, так как его переживания группируются вокруг реконструкции зеркального образа средствами искусства. Говоря метафорически, переживания больного декодируются в эстетических категориях, они посредством врача-скульптора питают их рост и завершение. Таким образом, обращение с больным в процессе портретирования отличается предельной простотой и универсальностью.

Общение с душевнобольными требует от врача немалых эмоциональных усилий, специальной подготовки. Помимо клинической беседы существует множество рациональных и иррациональных способов проникновения в их внутренний мир. По мнению многих видных психопатологов, единственным «действующим началом» психотерапии являются тесные эмоциональные связи, эффективные отношения между больным и терапевтом. Стремление усилить терапевтическое воздействие эмоционального контакта привело меня к идее создания скульптурных портретов душевнобольных.