Необразованный человек, пусть он и живет в золотом дворце, подобен вороне, сидящей на шпиле дворцовой башни. (Шип Маха Рататара, бирманский поэт-монах XV — XVI вв.) Казалось бы, что общего между Бирмой (Мьянмой) и Бурятией? Тут — тропики, там — сибирская тайга… И тем не менее они очень похожи. Благодаря буддизму. Хотя в Бурятии (как и в Туве, и в Калмыкии) распространен северный, тибетский буддизм, а в Бирме — южный, называемый тхеравада. Первые контакты между бурятскими и бирманскими последователями «Просветленного» восходят…

Читать далее Читать далее

У большинства людей буддийская архитектура на Дальнем Востоке ассоциируется с ее типичным элементом — пагодой, то есть величественным ярусным сооружением с выступающей изогнутой крышей на каждом уровне. В народном воображении пагоды — это неотъемлемый признак города и пригородного пейзажа, но чаще всего их можно встретить в отдаленных горных местностях, особенно пригодных для молчаливого сосредоточения, для размышлений и уединения, характерных для буддийской традиции.

Островной мир Тихого океана выражает огромное разнообразие культур. Однако от архипелага островов Рюкю в Японии до Самоа и Таити здешние мифологии отражают вполне схожие взгляды на происхождение островов.

Воспоминание о народной песне на бенгальском диалекте, услышанной в детстве, возвращается ко мне: — Что такое остров, мой брат, брошенный когда-то тобой? — Это ничто, ничто, ничто… — Что за остров, мой брат, если он не является самим собой? В древних индийских текстах остров подается как замкнутая, отдельная прекрасная Вселенная. Они описывают Джамбудвилу (остров Джамбо) как один из семи огромных ограниченных массивов — символов плодородия и изобилия, каждый из которых окружен одним из семи морей — соленой воды, сока сахарного…

Читать далее Читать далее

Кровля, купола и другие архитектурные элементы церквей средневековой Руси были так пропитаны символизмом, что верующие могли понять заложенную в каждую из них духовную идею еще издали.